Этнографические концерты Фольклорной комиссии
Союза композиторов России.
Часть III. 2000 год.

Конец 1990-х годов привёл к исчезновению многих общественных и образовательных структур, занимавшихся продвижением традиционной музыкальной культуры в современном обществе. Причиной чаще всего было прекращение финансирования. Именно в это время исчезли многие коллекции фольклорно-этнографических звукозаписей, оказавшиеся незащищёнными в условиях новой реальности. Этот процесс не миновал и Фольклорную комиссию Союза композиторов России — к 2000 году ее статус стал неопределённым. Союз композиторов прекратил финансирование ФК ещё в 1994 году, но какое-то время она ещё продолжала функционировать за счёт субаренды своих помещений. В эти годы Комиссия сменила своё наименование; теперь она называлась общественным творческим объединением «Музыкальный фольклор». Обладая достаточно большой площадью, расположенной в старом здании в самом центре Москвы, Фольклорная комиссия вплоть до конца 1990-х годов имела возможность не только продолжать работу, но и проводить международные семинары с участием ведущих этномузыкологов России и Европы. Но постепенно, в связи с постоянным повышением арендной платы вся деятельность комиссии, как и зарплата сотрудников, была сведена к минимуму, а затем фактически прекратилась.

У руководства ФК была слабая надежда на то, что фольклорно-этнографический фонд удастся сохранить, осуществляя платное копирование материалов — они всегда были чрезвычайно востребованы участниками различных фольклорных коллективов. Однако, надежда оказалась напрасной: фонозаписи из фонда ФК попадали ко всем желающим какими-то неведомыми путями, выкладывались в Интернет (чаще всего без всякой паспортизации). Более того, сообщество фольклористов-любителей постоянно критиковало сотрудников за «желание нажиться на народном достоянии», считая, что любое копирование должно осуществляться на безвозмездной основе. В результате исчезла возможность даже оплачивать счета за коммунальные услуги и электричество.

Последним всплеском активности Фольклорной комиссии стала серия из семи фольклорно-этнографических концертов, организованных и проведённых в 2000 году с финансовой помощью фонда «Открытое общество». Все они были посвящены актуальным проблемам современной науки; в них был объединен опыт проведения предыдущих концертов, учтены наиболее удачные находки и приёмы составления программ, а также способы их сценической репрезентации.

Конечно же, процесс стремительного угасания корневых музыкально-фольклорных традиций и глобальные культурные изменения не могли остаться незамеченными. Уже в ходе подготовки цикла стало ясно, что необходим поиск новых подходов к содержанию концертов, которые учитывали бы особенности современной ситуации — в том числе и всё мощнее заявляющее о себе фольклорное движение. Как выяснилось впоследствии, именно это обстоятельство оказало наиболее негативное влияние на реализацию проекта.

Первый концерт цикла состоялся 16 февраля в том же зале, где проходили концерты 1960-х — 1980-х годов. Программа «Общие корни восточнославянских традиций» раскрывала идею общности и взаимодействия традиционных культур трёх восточнославянских народов: белорусов, украинцев и русских. Для участия в концерте были приглашены два русских этнографических коллектива, которые познакомили слушателей с традициями русско-украинского пограничья (Белгородская область) и контактных зон, где в течение двух столетий происходил интенсивный процесс ассимиляции русской и украинской культур (Северный Кавказ, Закубанье). Белорусскую традиционную музыкальную культуру представлял известный в фольклорных кругах певец Михась Басяков (г. Екатеринбург), украинскую — фольклорный ансамбль «Древо» (г. Киев, руководитель Евгений Ефремов).

Программу открывало выступление М. Басякова. Этот незаурядный музыкант, как оказалось, открывал целую плеяду ставших впоследствии известными молодых носителей традиций, среди которых — знакомые сейчас всем любителям традиционной народной культуры Яков Иванов, Илья Чуркин и многие другие. Выросший в глухом хуторе на севере Томской области в семье белорусских переселенцев, Михась воспринял богатейший песенный репертуар своей прабабушки, предки которой пришли в Сибирь в середине XIX века из Турово-Пинских земель (Центральное Полесье). Уже став взрослым, певец провёл несколько лет в Белоруссии, отыскивая следы своего рода, и значительно увеличил свой репертуар, включив в него множество полесских песен с родины своих предков по отцовской линии. Будучи ещё совсем молодым человеком (1965 года рождения), М. Басяков сохранил в своей памяти несколько сотен старинных песен, множество преданий, поверий, сведений о быте белорусских крестьян, обычаях и ритуалах. Обладая острой природной наблюдательностью и склонностью к саморефлексии, певец осознанно стремился сохранить фольклорную традицию, продолжателем которой являлся. Михась исполнил весеннюю закличку, приуроченную к первому выгону волов на Сретение, две мужские «восенские» баллады, рекрутскую лирическую песню, несколько колядок и редчайшую жатвенную песню-заклинание, которой жнеи отгоняли грозовую тучу («Пярун, Пяруне, поможи нам Боже»).

Безусловным апогеем концерта стало выступление женского этнографического ансамбля из села Хмелевое Краснинского района Белгородской области, рекомендованного московским этномузыкологом А. Н. Ивановым, в течение нескольких лет осуществлявшим экспедиционные звукозаписи этого коллектива. Огромный репертуар, мастерское владение традиционной манерой пения, богатство и разнообразие тембров, насыщенность многоголосной фактуры, высокий уровень индивидуальной одарённости каждой певицы — всё это обеспечивало коллективу качество эталона местной песенной культуры. Встреча с белгородскими певицами была особенно ценной для молодых исполнителей русских народных песен, пришедших на концерт. К сожалению, в наши дни, когда большинство фольклорных традиций находится в стадии угасания, и песни давно уже вышли из сферы активного бытования, сохраняясь лишь в памяти очень пожилых людей, чрезвычайно редко удаётся услышать песню такой, какой она должна быть — по мнению самих носителей традиций.  Такую возможность подарили публике хмелевские певицы, представившие песни самых разных жанров: протяжные («стяжные», как их здесь называют), хороводные, свадебные, в том числе с плачем невесты.

Коллектив хутора Кубанского Белореченского района Краснодарского края познакомил слушателей с традицией Закубанья, где произошёл сплав культур казаков Дона — старожилов этих земель, пришедших сюда позднее украинцев и «иногородних» — переселенцев из разных областей Южной России. В репертуаре ансамбля — много старинных протяжных песен, сюжеты которых известны по классическому собранию песен донских казаков А. М. Листопадова («Отчего кременна Москва загоралася», «Да чем полюшко было изукрашено» и др.), песни «некрасовского цикла», сохранившие память об уходе Игната Некрасова и его сподвижников в 1709 году в Турцию. Роме того, исполнители спели две свадебные песни, новогодние поздравительные — щедровки и «мала́нки», колыбельную и несколько плясовых. К сожалению, участницы коллектива, являясь представителями среднего поколения (40—55 лет), уже не владели всеми исполнительскими приёмами, свойственными кубанской певческой традиции. В их пении не доставало индивидуальных черт, многоголосная фактура предстала в упрощённом виде, во многом оказался утрачен и традиционный тембр. Тем не менее, огромный энтузиазм певиц, их искренняя увлечённость своей культурой могли служить залогом того, что местная фольклорная традиция — пусть и в таком, сильно редуцированном виде — ещё сохранится на некоторое время.

Завершало программу концерта выступление киевского фольклорного ансамбля «Древо», по праву считавшегося одним из лучших городских коллективов Украины, способным передать аутентичность звучания старинных украинских песен. Ансамбль был организован около полувека назад выпускниками Национальной музыкальной Академии Украины, исследователями различных локальных традиций украинского музыкального фольклора. Сфера профессиональных интересов участников ансамбля определила его репертуар, основу которого составляли песни Восточного Полесья (Черниговщины), Полтавщины и земель польско-украинского пограничья. Осваивая преимущественно вокальные традиции, участники «Древа» уделяли также немало внимания народной хореографии и инструментальному исполнительству. Достойно завершив программу, украинский ансамбль ещё раз доказал своё право выступать вместе с народными музыкантами — хранителями фольклорных традиций.

Второй концерт цикла, состоявшийся 8 марта в Концертном зале Российской академии музыки имени Гнесиных, был посвящён музыкальной культуре русского старообрядчества, и, таким образом, стал вторым за последние десятилетия (предыдущий концерт аутентичной старообрядческой музыки был организован Н. Г. Денисовым и Фольклорной комиссией в 1984 году). На этот раз организаторы поставили перед собой необычную и очень рискованную задачу: объединить в одной концертной программе самые различные сферы музыкальной культуры старообрядчества — от богослужебных песнопений через духовные стихи к образцам светской фольклорной традиции. С этой целью были приглашены: хор старообрядческой общины г. Новосибирска, рекомендованный Главой русской старообрядческой Церкви Митрополитом Алимпием; группа певиц из деревни Пож Юрлинского района Пермского края, приехавших в Москву благодаря усилиям изучавшей их традицию московской исследовательницы Н. И.  Жулановой, и коллектив терских казаков из станицы Старопавловской Ставропольского края, с которым в течение ряда лет работал петербургский фольклорист-любитель Ю. Е. Чирков.

Замысел организаторов концерта удалось реализовать лишь частично. Не все коллективы, участвовавшие в концерте, могли в равной степени претендовать на право считаться репрезентантами старообрядческой культуры. В наибольшей степени таковым являлся новосибирский коллектив. Его участники, несмотря на свою молодость (среди них было пятеро подростков), владели традиционными приёмами старообрядческого пения, умели петь по «крюкам» и, будучи прихожанами старообрядческого храма и участвуя в богослужениях, имели возможность постоянно совершенствовать своё мастерство.

Певицы из деревни Пож — потомки московских стрельцов, ушедших в дремучие леса северного Приуралья в конце XVII века, чтобы спастись от гонений правящей церкви и государства. Изначально пришедшие в Юрлу (русский анклав на севере Коми-Пермяцкого округа) стрельцы действительно были старообрядцами, однако впоследствии их потомки, оказавшись в полной изоляции, утратили связи со своей конфессией, а в начале XX века были переведены в единоверие (о чём большая часть местного населения даже не знала). Сейчас лишь представители старшего поколения хранят память о том, что их предки были «кержаками». Показательно, что в Москве певицы из Пожа посещали храм Русской Православной Церкви и молились там, не отдавая себе отчёта, что принадлежат к другой конфессии. В то же время специалисты по древнерусской музыке, составлявшие программу выступления этого коллектива, отмечали, что в песнопениях ансамбля сохраняются все важнейшие особенности старообрядческой певческой традиции и богослужебных текстов. Основой выступления коллектива стали эпические духовные стихи с великолепными и очень протяжёнными текстами, которые исполнителям приходилось досказывать из-за недостатка времени.

Как известно, терские и их предшественники — гребенские казаки в основном были, а многие и сейчас остаются — старообрядцами. В наибольшей степени это относится к казакам, в течение нескольких столетий проживавшим на территории Чечни. Ставропольские же терские казачьи станицы, одной из которых является Старопавловская, образовались позднее (полтора—два столетия назад), и их жители принадлежат к Русской Православной Церкви. Однако соседство со старообрядцами, тесные связи с их культурой не могли не оказать влияния на местную музыкально-фольклорную традицию. В программе концерта это проявилось самым неожиданным образом. Объединяющим компонентом явились господство монодического музыкального мышления в репертуаре всех участников концерта и, как следствие, — особая выразительность и гибкость мелодий.

Программа, представленная в Московском Доме композиторов 19 апреля 2000 года, была посвящена традиционной музыке народов России. Она была составлена таким образом, чтобы публика получила возможность совершить «музыкальное путешествие» с севера на юг — от Северного Приуралья через Поволжье и Северный Кавказ, вплоть до Главного Кавказского хребта, и при этом кратко ознакомиться с традиционной культурой народов, проживающих на этих территориях.

Этот концерт стал не только ярким художественным событием, но и оказался чрезвычайно информативным. Он предоставил слушателям уникальную возможность ощутить взаимосвязи различных культур, контрасты и заимствования, поразмышлять о серьёзных проблемах, стоящих перед исследователями традиционной народной музыки.

Программу открыл неоднократно принимавший участие в московских этнографических концертах женский ансамбль из деревни Чёрныш Прилузского района Республики Коми, полно и разнообразно представивший музыкальную традицию коми-зырян — одного из народов финно-угорской группы. Исполнительницы продемонстрировали несколько архаических наигрышей на трёхствольных флейтах Пана («чипса́нах»), по сей день изготавливаемых местными жителями из полых стволов зонтичного растения — дя́гиля. Когда-то такие звукоподражательные наигрыши, по-видимому, сопровождали уже ушедшие из активного бытования ритуалы календарного цикла. В настоящее время они утратили свою первоначальную приуроченность и сохраняются в основном в концертной практике этнографических коллективов. Ансамбль из деревни Чёрныш также включил в свою программу редкий образец местной хореографии — кадриль «тройками» в сопровождении гармоники-«шондыба́на», несколько лирических и плясовых песен. Как и у некоторых других финно-угорских народов, характерной чертой традиционных песен коми-зырян является двуязычие — смешение русского и коми языков в песенных текстах. Долгими аплодисментами слушатели приветствовали старейших певиц коллектива: П. Д. Сердитову, В. И. Костылёву, А. П. Трофимову и особенно М. Г. Сердитову, более полувека остававшуюся лидером ансамбля.

Коллектив, прибывший в Москву из села Юнда Балезинского района Республики Удмуртия, стал подлинным открытием всего цикла музыкально-этнографических концертов. Его участницы познакомили публику с песенной культурой бесермян — малочисленного народа, проживающего на севере Удмуртии, представителей которого некоторые исследователи считают потомками волжских булгар. Для этой национальной традиции, впервые представленной на московской концертной эстраде, характерно сочетание финно-угорских и тюркских черт, что нашло своё отражение и в традиционной одежде исполнителей. Ярко своеобразна жанровая система музыкального фольклора бесермян. Наибольшее внимание слушателей привлекли песни-вокализы — «крезь», распеваемые на асемантические слоги и припевные слова. «Крезь» поныне остаются живым жанром местной песенной культуры; наряду со свадебными и календарно-обрядовыми, певицы продемонстрировали «крезь», созданные ими специально в связи с предстоящей поездкой в Москву.

Первое отделение концерта завершил мокша-мордовский молодёжный ансамбль из села Сузгарье Рузаевского района Республики Мордовия. Он представил современную вокальную традицию, включающую по преимуществу песни позднего слоя. Для них, как и для аналогичных песен русской традиции, характерно пение с «подводкой» — многоголосная фактура с преобладанием гармонической вертикали, формировавшаяся под воздействием принципов европейской тональной музыки. Несомненным достоинством ансамбля явилось владение специфически местным тембром громкого пения в глубоком грудном регистре, по которому всегда можно безошибочно узнать мордовские этнографические коллективы. Наряду с образцами современной песенной лирики молодые мокшанские певицы включили в программу своего выступления старинную свадебную песню, распетую в ином стиле, свойственном традиционным песенным жанрам.

Молодёжная линия концерта была продолжена ансамблем «Уяв» (г. Чебоксары), познакомившим зрителей с фрагментами обрядовой культуры низовых и средненизовых чувашей. Участники этого коллектива — молодые носители сельских традиций, к началу XXI столетия проживавшие и обучавшиеся в Чебоксарах. Ансамбль сложился благодаря энтузиазму местной фольклористки З. А. Козловой, а также научному руководству крупнейшего чувашского этномузыколога М. Г. Кондратьева. Коллективу удалось достичь чрезвычайно редкого и ценного сочетания строгой этнографической достоверности, мощного темперамента и завораживающей зрелищности. «Уяв» представил московской публике фрагменты традиционной свадьбы средненизовых чувашей и гостевого обряда, совершаемого во время осенней варки пива.

Затем выступила группа музыкантов, приехавших из нескольких аулов Республики Адыгея по рекомендации лидера адыгейской этномузыкологической школы А. Н. Соколовой. Они продемонстрировали различные стили игры на музыкальных инструментах адыгов — одного из коренных народов Кавказа. Особенно интересным было выступление молодых музыкантов Заура Нагоева и Хазрета Чича, виртуозно владеющих многими адыгскими инструментами. Они с детства обучались у знаменитого народного исполнителя Замудина Гучева. Боле того, каждый из них является ещё и мастером-изготовителем старинных инструментов: адыгской скрипки — «шычапщына» и мужской продольной флейты — «камыля».

Заключительная часть программы включала старинные осетинские танцы в исполнении самодеятельного хореографического коллектива «Фарн» (г. Цхинвал). В последнее десятилетие XX века этномузыковеды стали обращать всё более пристальное внимание на динамику фольклорных традиций, на процессы, происходящие в них и в наши дни. Сейчас, почти четверть века спустя, этот комплекс проблем считается одним из наиболее актуальных в современной науке. Именно ему был посвящён концерт «Встреча через четверть века», состоявшийся 21 мая 2000 года. На этот раз в Москву были приглашены этнографические ансамбли из тех сёл, традиции которых ранее (20—25 лет назад) уже были представлены в концертах Фольклорной комиссии. Какой оказалась судьба этих очагов традиционной культуры, какие изменения произошли в них за четверть века, что оказалось безвозвратно забытым, а что доказало свою жизнеспособность в современной культурной ситуации, было подхвачено молодым поколением сельских музыкантов? Подверглись ли изменениям местная жанровая система, тембр и манера исполнения, многоголосная фактура? Вместе с публикой попытаться найти ответы на эти вопросы — такую задачу ставили перед собой организаторы майского концерта.

Программу открыл женский этнографический коллектив из села Кеврола Пинежского района Архангельской области. Лишь одна исполнительница из приехавших участвовала в концерте 1977 года, когда местная традиция была впервые представлена на сцене Дома композиторов. Ансамбль показал, как песенная культура продолжает сохраняться в практике современной клубной самодеятельности. Были представлены сложные и разнообразные формы старинной северорусской хореографии: «ходячие» песни летних молодёжных гуляний-«мечи́щ», игровые песни зимних собраний молодёжи — «вецере́нек», фигурные плясовые хороводы. Помимо этого прозвучали свадебные и рекрутские причитания, а также две протяжные «долгие» песни. Придирчивое ухо учёных и знатоков северорусского певческого стиля, конечно же, смогло уловить упрощение многоголосной фактуры по сравнению с записями 1970-х годов и утрату особенностей уникального среднепинежского вокального строя, но это отчасти компенсировалось энтузиазмом исполнителей.

Приятной неожиданностью для сотрудников Фольклорной комиссии стал приезд этнографического ансамбля из села Вербежичи Людиновского района Калужской области, ранее не выезжавшего не только в Москву, но даже за пределы своего района. Он прибыл на концерт по рекомендации Калужского областного Дома народного творчества вместо хорошо известного московской публики коллектива из села Сорокино, в котором заболели две участницы преклонного возраста. Публика получила великолепную возможность открыть для себя новую, известную лишь самому узкому кругу собирателей песенную традицию, отличительными чертами которой оказались: доминирование лирических песен, приуроченных к определённым сезонам народного календаря, к свадебному ритуалу; развитый цикл масленичных песен; большое количество медленных свадебных напевов, по своему складу тяготеющих к окским традициям (некоторые из них сопровождались сольными голошениями невесты); сложные переплетения гетерофонной ансамблевой фактуры, насыщенной острыми кластерными звучаниями. О высоком исполнительском уровне этого коллектива свидетельствовал тот факт, что более половины его участниц могли брать на себя функцию лидера и выступать в качестве запевалы.

Второе отделение концерта началось с выступления трёх певиц из села Петрова-Гута Климовского района Брянской области. Этнографический коллектив из этих мест (7 человек) с большим успехом выступал в Москве осенью 1980 года. В то время местная певческая традиция находилась в живом, активном состоянии. Ансамбль представил большое количество календарно-обрядовых песен, масленичных, жнивных, купальских, гряных, которые сразу же вошли в репертуар московских молодёжных коллективов. Однако роковым для села стало то, что после чернобыльской аварии оно оказалось в зоне сильного радиационного заражения. К концу столетия певиц, приезжавших в Москву, уже не было в живых, несмотря на их относительно молодой возраст; на концерт 2000 года приехали их родственницы. Потери в репертуаре ансамбля, в многоголосной фактуре (полная утрата бурдона) оказались велики. И всё же публика отдала должное мужеству брянских певиц.

Достойную точку в программе этого концерта поставило масштабное выступление коллектива из села Большебыково Красногвардейского района Белгородской области. Песни большебыковцев, несколько раз выступавших в Москве (в 1975, 1979, 1990 годах), выпущены на виниловых дисках и CD. Они составили репертуарную основу множества любительских и профессиональных ансамблей, были включены в вузовские учебные программы по подготовке этномузыкологов и дирижёров народных хоров. С участием певцов этого села были сняты кинофильмы «Песня пахаря», «Песни над Тихой Сосной», «Скучное время, пройди поскорей». Причина такой популярности заключена в том, что в Большебыково вплоть до первого десятилетия XXI века сохранялись традиции мужского пения и игры на музыкальных инструментах — обертоновых флейтах («колючих дудках», «калюках») и более поздних гармони, балалайке, мандолине. К сожалению, в 1990-е годы местная народная культура понесла большие потери: ушли из жизни ведущие певцы села не только старшего, но и среднего поколения. Оставшиеся в живых исполнители перестали собираться вместе, прекратили участвовать в фестивалях и смотрах. Возрождение большебыковского ансамбля стало возможным благодаря деятельности участников московской группы «Русская музыка» и художественного руководителя молодёжного фольклорного центра «Ветка» Анжеллы Голубевой, которые приложили немало усилий для восстановления традиционных форм досуга, праздников и бытового музицирования в этом селе, организовали несколько выездов сельских певцов за рубеж. В программу майского концерта большебыковцы включили протяжные песни мужской и женской исполнительских традиций, карагодные песни сельских праздничных гуляний-«улицы», местные припевки под гармонь «Камаринская» и «Барыня».

После летнего перерыва концерты возобновились 10 ноября, когда была показана программа «Экспедиционные открытия 2000 года». По замыслу организаторов участниками этого концерта должны были стать певческие группы, «открытые» в летних экспедициях текущего года и не известны широкой публике — такое условие определяло отбор кандидатур. Закономерным представляется тот факт, что в концерте приняли участие сразу два коллектива из Белгородской области (сёл Новоуколово и Веретенниково-Камызино). Несмотря на то, что эти населённые пункты расположены недалеко друг от друга, их песенные традиции демонстрируют большую степень несходства. Основу новоуколовской традиции составляет музыка свадебного ритуала (в частности, большое количество медленных довенечных песен), а также приуроченная лирика с узкообъёмными напевами. А коллектив из Веретенникова представил иной репертуар, базирующийся на широкообъёмных протяжных и карагодных песнях. Таким образом было проиллюстрировано положение о чрезвычайной пестроте и неоднородности южнорусской музыкально-фольклорной традиции.

Не случайно и то, что большая группа исполнителей прибыла в Москву из Смоленской области, с территории русско-белорусского пограничья, где и по сей день сохраняются многие формы традиционной музыкальной культуры. Певицы из деревни Лужная Ершичского района исполнили песни весенних календарных обрядов и показали несколько старинных танцев под гармонь, которые они танцевали в юности на игрищах и посиделках.

Украшением концерта стало незапланированное участие в нём знаменитой смоленской певицы Ольги Владимировны Трушиной из деревни Нетризово Кардымовского района, представившей сольную женскую традицию Смоленского Поднепровья. Её репертуар включал несколько сотен лирических и обрядовых песен, а также поминальных духовных стихов. Недаром один из напевов этого жанра, распространённый на Смоленщине, в фольклористическом обиходе неофициально называется «трушинским». Это был один из последних приездов замечательной исполнительницы в Москву, и её выступление надолго осталось в памяти всех, кто пришёл в тот день в Московский Дом композиторов.

Пожалуй, в наибольшей степени отвечал идее концерта небольшой ансамбль из села Стояново Одоевского района Тульской области, привезённый из экспедиции молодой исследовательницей Юлией Гайсиной.  Трио тульских певиц исполнило всего четыре песни верхнеокской традиции, но среди них оказалась уникальная местная песня, исполнявшаяся на масленичной неделе, когда местные жители сооружали из соломы парные антропоморфные чучела Маслены и Поста. Такие пары ряженых персонажей более известны в связи с обрядовыми практиками, отмечающими границу весны и лета на Вознесение или Троицу; их могут называть по-разному: Кукушка и Кукун, Татарин и Татарка, Русалка и Русалим, Медведь и Медведица… Однако все эти ритуалы давно остались в прошлом, и трудно было ожидать, что одна из ранее не известных форм обнаружится в Средней России, недалеко от Москвы.

Самой необычной оказалась программа «Пение — душам нашим украшение», показанная 22 ноября. Для названия концерта, целиком посвящённого музыкальному воплощению идей народного протестантизма, был выбран стих из духоборческого псалма. Духоборы (или духоборцы, как они сами себя называют) и молокане стали участниками этого концерта, в организации которого принимала деятельное участие известная исследовательница и исполнительница духовных стихов, доктор филологических наук С. Е. Никитина.

В первом отделении выступил коллектив духоборческой общины из села Архангельское Чернского района Тульской области, где в настоящее время проживают беженцы из Джавахетии. Именно там, в высокогорных районах Грузии, в течение долгих лет сохранялись традиции духоборцев. Их вокальная культура объединяет богослужебные песнопения, исполняемые на молитвенных собраниях, — «псалмы» и светские фольклорные жанры — «стишки» и песни. Мелодико-многоголосный склад духоборческих псалмов, не имеющий аналогов в традициях других конфессий, — до сих пор остаётся terra incognita музыкальной фольклористики, он мало изучен и ожидает своих исследователей.

Второе отделение провёл молоканский ансамбль, приехавший из посёлка Кочубеевское Ставропольского края. Так же, как и духоборцы, молокане проживают в этих краях всего несколько лет, а до этого они жили в Азербайджане. Программа выступления того коллектива состояла исключительно из богослужебных песнопений — «духовных песен», в основе которых лежат тексты из различных книг Библии, распетые в сложном многоголосном стиле. В пении молокан отчётливо слышны интонации южнорусских (воронежских, тамбовских) и казачьих песен, и это не случайно: именно на этих территориях в XVIII веке зародилось религиозное движение молокан.

Последний концерт цикла (29 декабря) носил название «Фольклорная традиция: взгляд в будущее». Его главными темами стали преемственность народных традиций, а также их существование в условиях современного города. Программу открыли музыканты, проживающие в Москве уже много лет, но родившиеся и проведшие детство и юность в областях южной России: Липецкой, Тамбовской, Рязанской. Как и многие сельские жители, переселившиеся в столицу в 1950-е — 1960-е годы, они не забыли старинные песни, танцы и инструментальные наигрыши своей родины. Несколько десятилетий они постоянно собирались на «пятачках» в московских парках, где устраивались настоящие соревнования гармонистов, балалаечников, частушечников, плясунов. Трудно найти более пристрастных арбитров, чем постоянные посетители «пятачков», поэтому там выковываются настоящие мастера, профессионалы в полном смысле этого слова, каковыми и являлись участники концерта: В. И. Журавлёв, С. А. Глебушкин, В. Г. и Н. М. Алишины. Они с большим мастерством показали публике различные формы припевок и парного перепляса под гармонь, среди которых «Досада», «Елецкого», «Матаня», «Цыганочка», «Семёновна» и другие.

Второй коллектив подробно представил одну из традиций междуречья Оскола и Дона. Ансамбль из села Нижняя Покровка Красногвардейского района Белгородской области был необычным по своему составу. Наряду с певицами старшего поколения — 70-летней запевалой М. Г. Лопатиной и её подругами, в нём участвовали в те годы совсем молодые по «фольклорным» меркам, 30—35-летние певцы, среди которых несколько семейных пар. Есть в селе и детский ансамбль, в котором в течение последних 20 лет участвовали дети и внуки исполнителей, приезжавших тогда в Москву. Это даёт основания надеяться, что местная традиционная культура не угаснет в ближайшее время.

Таким образом, завершающий аккорд всего цикла музыкально-этнографических концертов получился оптимистическим. Их организаторам — сотрудникам Фольклорной комиссии Союза композиторов России удалось представить московской публике подробную и разнообразную картину современного состояния народной музыкальной культуры в нашей стране на рубеже тысячелетий. Одновременно выполнялась и просветительская задача: комментарии ведущих содержали огромный объём ценной и малоизвестной информации о музыкально-фольклорных традициях. Главной особенностью этих концертов безусловно стало участие в них большого количества молодых сельских и городских исполнителей. Организаторы намеренно проводили этот принцип, привлекая внимание городской творческой интеллигенции к новому явлению современной отечественной культуры — сельскому фольклоризму. Осознанное желание молодых жителей российских деревень сохранить в быту и представить на сцене свои традиции, наблюдаемое в последние десятилетия во многих регионах России, даёт возможность смотреть в будущее с некоторой долей оптимизма.

Концертная серия 2000 года неожиданным образом вскрыла сложный узел проблем, существовавший в те годы в российском фольклорном движении. Если в 1960-е—1980-е годы участники московских ансамблей не пропускали ни одного концерта, напряжённо вслушивались в каждый звук, то через 35 лет после самого первого выступления народных музыкантов в маленьком зале Бюро пропаганды советской музыки они проявили поразительное равнодушие и даже неприязнь к музыкально-этнографическим концертам. Показательной стала публикация материалов в № 1 за 2001 год «Вестника Российского фольклорного союза» под громким названием: «Этнографические концерты: быть или не быть?». Признаваясь в том, что каждый из них посетил лишь один-два концерта из семи, некоторые лидеры фольклорного движения сетовали: «горько сравнивать с тем, что было 25 лет назад», призывали «не мучить бабушек долгой дорогой», «дать им умереть спокойно» и т.д. В действительности за этими высказываниями стояло признание своего права качественно оценивать народных исполнителей, относиться к ним снисходительно, решать, имеют ли они право петь свои песни на московской сцене. Эта ситуация стала закономерным следствием «детской болезни», симптомом которой было ощущение себя (а не сельских певцов) подлинными носителями традиционной культуры. К счастью, болезнь эта прошла достаточно быстро, и уважение к учителям вернулось.

Сейчас музыкально-этнографические концерты, как и деятельность Фольклорной комиссии Союза композиторов России, остались в прошлом. Им не удалось перешагнуть рубеж третьего тысячелетия, но воспоминания слушателей, сохранившиеся звуко- и видеозаписи сделали их своеобразным эталоном, точкой отсчёта для российских исследователей традиционной музыки, исполнителей народных песен и всех, кому не безразлична судьба отечественной культуры.

июль 2022 года
Екатерина Анатольевна Дорохова,
кандидат искусствоведения,
старший научный сотрудник Фонограммархива

Этнографический концерт 8 марта 2000 года. Прослушать
Программа концерта

Этнографический концерт 21 мая 2000 года. Прослушать
Программа концерта