Архивные материалы

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Ремизов Алексей. Звенигород окликанный: Николины притчи.
Париж; Нью-Йорк; Рига; Харбин: Алатас, 1924. 162 с.


Обложка

Титульный лист

Авторский экз.; владельческий переплет. РО ИРЛИ. Ф. 256. Оп. 1. № 116.

На шмуцтитул наклеена газетная вырезка с портретом Ремизова;
здесь же надпись его рукой:

Передаю Наталье Владимировне
Кодрянской.
Алексей Ремизов <глаголический значок>.
20.X.1947.
Paris
.

На титульном листе раскраска логотипа (цв. кар.), надпись рукой Ремизова:

С.П. Ремизовой-Довгелло
Сегодня Рождество Богородицы по с<тарому> / с<тилю>
8 сентября 21.9 н<овый> / с<тиль>.
Сегодня 22 года {8.9.1902} как напечатали в «Курьере»
Плач девушки перед замужеством *1.

Эту книгу Николину
собранную из легенд – веры русской
не принимает мир
глупость человеческая *2
.

В России – прошла она мгновенно
но издатель побоялся
поставить свою фамилию *3,
тут обложка не показалась и
книгу купить нельзя (, т<о> е<сть> не стоит) *4
.

Если бы нам Никола
послал
тихой пóплыни *5

ч<то>б по-человечески устроить
жизнь нашу –
не на праздность, а на труд благословенный
(«биться» в жизни с нуждою – это праздность!)

Алексей Ремизов
21. septembre 1924
Paris
Av<enue> Mozart

*1. Речь идет о стихотворении «Плач девушки перед замужеством» (другое название – «Плача»; см. Ч. I: 1902, 1912), с появления которого в печати писатель вел отсчет личной творческой биографии. Об истории публикации этого произведения см. в книге Ремизова «Иверень» (Ч. I: 1960. С. 464–466), а также в статье А.М. Грачевой «Алексей Ремизов и Леонид Андреев».

*2. Книга «Звенигород окликанный» была составлена преимущественно из авторских переложений народных легенд и сказок о Николае Чудотворце, ранее включенных в авторские сборники «Николины притчи» (Пг., 1917) и «Никола Милостивый» (Пг.; М., 1918). Новое издание было пополнено циклом «Жерлица дружинная» с миниатюрами, сочиненными к репродуцируемым здесь же картинам Н.К. Рериха. Именно это дополнение вызвало критический отклик З.Н. Гиппиус, которая в post scriptum’е к своей в целом доброжелательной рецензии на это издание писала: «Следует пожалеть, что „Николины притчи“, как книга, испорчены приложенной к ней „Жерлицей Дружинной“ („к картинам Рериха“). Не вдаваясь в критику „Жерлицы“, скажу лишь, что, пристегнутая к „Николе“, она есть верх безвкусия. Тут, впрочем, согласны все, не исключая и самого автора, к чести которого надо заметить, что неудачное соединение совершилось по „независящим от него обстоятельствам“» (Крайний А. <Гиппиус З.Н.> А. Ремизов. Николины притчи. [Рец.] // Современные записки. 1924. Кн. 22. Дек. С. 449).

*3. Подразумевается З. И. Гржебин.

*4. Отголосок событий, которые нашли отражение в письмах исполнительного директора издательства «Алатас» Г.Д. Гребенщикова Ремизову по поводу выхода книги (Amherst. Subseries 1. Box 3, Folder. 7). Первоначально в переговорах с издательством была достигнута договоренность об участии Ремизова в подготовке эскиза обложки, непосредственное исполнение которой было поручено художнику Е.Н. Ширяеву. Однако, когда книга была отпечатана в Париже в начале июля 1924 г. и дошла до руководства, располагавшегося в Нью-Йорке (в частности, до вице-президента «Алатаса» М.М. Лихтманна), выяснилось, что обложка не соответствует утвержденному ранее серийному оформлению. Дизайн верхней крышки переплета уже выпущенных к этому времени изданий содержал лаконичное название, выдержанное в едином шрифтовом решении, а также авторский логотип основателя издательства Н.К. Рериха, который представлял собой заглавную букву «А», заключенную в круг (см. титульный лист). В связи с выявившейся промашкой Гребенщиков, пытаясь сохранить серийное оформление, обратился к Ремизову в письме от 25 июля 1924 г.: «Сейчас я очень прошу позволить нам Вашу обложку заменить наиболее простой и ясной <…> Вы можете меня спросить, почему я согласился в Париже и заказал эту обложку? На это я скажу Вам: только потому, что, уважая вас, я не хотел делать никаких давлений на Вашу волю и скрепя сердце принял на себя ответственность за обложку. Теперь же я вижу, я не имел права этого делать, ибо „Алатас“ не мое личное учреждение и знак его не может допускать никаких единоличных решений и компромиссов. <...> Прошу Вас срочно задержать продажу книг и рассылку ее, пока мы вышлем новую обложку» (Amherst. Subseries 1. Box 3. Folder. 11). Однако усилия остановить распространение книги были тщетными, судя по письму С.Я. Осипова – одного из постоянных корреспондентов Ремизова, который уже 19 июля отозвался на только что полученный им от писателя экземпляр: «…а какая плохая бумага у „Звенигорода окликанного“ – пожмотничал „Алатас“ <…> Но Ваша обложка – чудесна и вид у книги очень нарядный» (Ibid.). Обложка книги не вызвала протеста и у Рериха, который вместе с женой Еленой Рерих в письме супругам Ремизовым писал: «Родные, сейчас радовались на Звенигород. Отличная книга. Думаем переводить на английский. Каковы отзывы? Пишите…» (Amherst. Subseries 1. Box 2. Folder. 5).

*5. Тихая поплынь (диал.) – тихое течение. Ср. авторский комментарий к этому диалектизму в примечаниях к сказке «Купальские огни»: «тихой поплыней – тихо плывя» (Ч. I: 2000. C. 169). Аналогичное выражение также использовано Ремизовым в миниатюре «Прокопий праведный». Ср.: «На Сокольей горе на бугрине сидел Прокопий блаженный, благословлял на тихую поплынь воздушных сестер» (Ремизов А. Звенигород окликанный». – Ч. I: 1924. С. 152).


 

 
 

© Наследие А.М. Ремизова в литературном процессе XX – XXI вв. Электронная научная система        © ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН © Е.Р. Обатнина © Е.Е. Вахненко